Более пятидесяти научных статей, участие в Международных конференциях – вот результаты почти двадцатилетней работы ливенского ученого – экономиста Н.А. Сибирского.
 08.02.2017
 Общество
 0 коммент.
 320 просм.
 Автор: Людмила Перелыгина.
 — Сейчас я пенсионер, — рассказывает бывший преподаватель Ливенского филиала ОГУ им. Тургенева Николай Антонович Сибирский. – Но работу не прекращаю. Сейчас готовлю статью в журнал «Актуальные вопросы экономики».
По его мнению, истинный ученый – это не звание и не преподавательское место в высшем учебном заведении. Это — неустанная исследовательская работа по избранной теме. И неважно, пенсионер ты или доцент. Это убеждение Н.А. Сибирский оправдывает своей жизнью. Постоянная работа над книгами, связи с коллегами, исследование практической работы местных предприятий – вот те источники, которыми он пользуется для написания своих статей.
Зачем такое дополнительное напряжение человеку, который находится на заслуженном отдыхе? Не может обойтись без работы? Конечно, и это тоже. Человеку активному и деятельному даже на пенсии хочется заняться чем-то серьезным и интересным. Но главное для Николая Антоновича – донести до возможно большего количества людей свои мысли и теории, свой накопленный годами опыт.
— Я принадлежу к школе экономистов, центром которой является МГУ им. М.В. Ломоносова, — объясняет он свою научную активность. — Эта школа настаивает на увеличении роли государства в экономике страны.
По словам Николая Антоновича, в экономике каждого государства существует так называемое «золотое сечение» в пределах которого собственность разделяется на частную и государственную.Ученые-рыночники уверены, что долю государства в экономике нужно всячески сокращать. Рынок сам все расставит по местам. Ученые-государственники считают, что для того, чтобы страна процветала, доля государства в её экономике должна составлять по крайней мере 50%. А у нас, по данным, которые приводит Н.А. Сибирский, она составляет всего 10%. Кто прав в этом научном споре, покажет время.
Дискуссии между рыночниками и государственниками идут острые. Обществу они практически неизвестны, потому что ученые мужи ломают копья и тупят мечи на своих конференциях и активно спорят в научных журналах. Для Н.А. Сибирского поддерживать свои идеи – дело чести и долг. Поэтому он и не может отказаться от работы. Да и от своих убеждений тоже.
Лопата – лучший друг студента
Эти убеждения сложились, может быть, в самую счастливую пору жизни советского государства – в послевоенные времена. Да и сам Николай Антонович, что называется, дитя Победы. Родился в феврале 1945 года, за три месяца до падения Берлина и вскоре после того, как его родные места – село Антоновичи – освободили от немецко-фашистких захватчиков. Вспоминает, что жили скудно и бедно, но бодро. Семья Н.А. Сибирского была обычная, трудовая, крестьянская. Никто не мечтал вырастить из Коли будущего ученого. Тем более, что еще до окончания областной заочной средней школы для мальчика нашлась работа — дядя устроил юного грамотея учетчиком на ферму. Это было очень удобно. Утром доярки закончат свою работу и уйдут, а Коля берется за книжки, читает, готовит контрольные.
— Сам я о высшем образовании мечтал, но никому об этом не рассказывал, — вспоминает Николай Антонович. – Хотел стать ученым, агрономом-садоводом. Помогал дедушке с садом и пасекой и влюбился в сады.
А попал в Киевский политехнический институт. Познакомился в дороге с парнем из села, попутчик убедил его поступать вместе учиться на инженера. Случайный приятель срезался на первом же экзамене. А Николай сдал все. Правда, оценки были такие, что на поступление он не рассчитывал и дома сказал, что провалился. Вернулся на ферму, взялся за дело. И вдруг письмо из Киева. Приглашают в сентябре на занятия.
— Все село всполошилось, — вспоминает Николай Антонович. – Я был первым и единственным жителем Антоновичей, который поступил в вуз. Соседи ходили на меня смотреть, родители плакали от радости. Купили мне «городской костюм» - хлопчато-бумажную рабочую робу... И поехал я в Киев.
А в Киеве жизнь была суровая. Приходилось подолгу сидеть над книгами, чтобы ликвидировать пробелы в знаниях: все же заочная областная школа не чета городской. Стипендия 35 рублей и никаких посылок из дома – у родителей нет денег.
Но он не один был такой деревенский и малообеспеченный. Группа быстро нашла выход – разгрузка вагонов.
— Самая любимая и высокооплачиваемая работа – разгрузка вагонов со щебнем, — вспоминает Николай Антонович. – Перебрасывали щебень лопатами-грабарками. Вагон стоил 27 рублей. На каждого работника приходилось по четыре рубля. А это в те времена хорошая сумма.
Притом, учились ребята неплохо. На такие забавы, как КВН или спорт, просто не оставалась времени. Жесткая жизненная школа. Но она делала из студентов не только специалистов, но и людей с сильными характерами и почти неисчерпаемым трудолюбием. Недаром большая часть одногруппников Н.А. Сибирского добились успеха в жизни, стали руководителями. Лопата оказалась лучшим другом студента.
Влюбился в Ливны
К окончанию вуза Николай Антонович мог найти себе работу на любом большом машиностроительном предприятии Украины. Но его убедили, что лучше всего молодому инженеру жить и работать в небольшом городе: самостоятельности больше, да и квартиру быстрей дадут. Накануне распределения Николай Сибирский вместе с другом раскрыли Большую Советскую Энциклопедию и стали отыскивать сведения о маленьких городах, в которых есть заводы.
— Привлекло необычное название города – Ливны. Всего несколько строчек о нём было, стоят, дескать, Ливны на слиянии двух рек, имеется в них два завода, а рядом с городом есть племсовхоз по откорму свиней.
В общем, взяли молодые специалисты билеты, приехали в Ливны. И влюбились в город, реки, природу. И остались здесь. А Сибирский и жену-украинку сюда перевез.
Начал работу технологом инструментального цеха на заводе противопожарного машиностроения. В свой первый рабочий день сдал еще один, не последний экзамен: рабочие проверили, хорошо ли их новый технолог читает чертежи.
Через несколько лет работы Николай Антонович стал главным инженером. Правда, на предприятии, принадлежащем ливенской исправительной колонии. А еще через некоторое время стал директором этого предприятия. Это была большая, ответственная работа. В колонии исполняли заказы Министерства обороны.
Директор – организатор производства. И то же время он должен разбираться в технологии, в планировании, в бухгалтерском деле, а с девяностых годов двадцатого века и в коммерции.
Этот многообразный опыт стал потом основой научных интересов Николая Антоновича. В науку он пришел поздно, после того, как вышел на пенсию. Стал преподавателем сначала в Ливенском политехническом колледже, затем в институте. Готовясь к занятиям, обнаружил, что иные ученые мужи пренебрегают опытом практиков, а то и не знают об этом, изучая экономику только по книгам.
— И мне захотелось поделиться своими знаниями, ввести их в научный оборот. – говорит Н.А. Сибирский. – Ни о каких ученых степенях я не мечтаю и не мечтал, когда брался за дело. Но соединить науку и практику – это, по моему, необходимое дело.
Первая статья Николая Антоновича была посвящена рутинной организации работ на производстве. При этом слово «рутина» в ней не имело отрицательного смысла, к которому все привыкли. «Модель рутинности позволяет по-новому взглянуть на организационный цикл производства», — писал в своей статье Н.А. Сибирский. И подкреплял этот тезис и цитатами из трудов известного экономиста и своим собственным опытом.
Потом было более двадцати статей по самым разным темам, от бухгалтерского учета на предприятии до проблем макроэкономики. И хотя после окончания аспирантуры Н.А. Сибирский не стал защищать кандидатскую диссертацию, научное сообщество оценило его труды. Оценкой является индекс цитирования. Судя по результатам РИНЦ российской шкалы научного цитирования, к его статьям часто обращаются самые разные люди.
Да, он начал свою научную деятельность достаточно поздно. Но зато она стала сплавом теоретических и практических знаний, которых так часто не хватает ученым экономистам.
Сейчас ум и душу Николая Антоновича всецело захватила новая идея — идея компромисса. Ему хочется, чтобы государственники нашли общий язык с рыночниками. И золотая линия нашей экономики сдвинулась хоть немного в сторону государственного сектора. Об этом и будет написана его очередная статья.
|
