В деревнях Ливенского района, в «медвежьих углах», живут одинокие пожилые люди.
Без воды, без газа, в старых домах, которые вот - вот рухнут. Им негде купить хлеба, им не с кем перекинуться словом. Сегодня перед ними стоит выбор, как жить дальше. По-прежнему—нельзя: опасно для жизни.
 11.11.2015
 Общество
 0 коммент.
 842 просм.
 Автор: Галина Кондратьева
 Анатолий Иванович Мальцев, д. Старый Тим (фото автора).  Лидия Константиновна Репина с Барсиком на руках, с. Речица (фото автора). Лидия Константиновна Репина, Речица
Улицу Некрасова в селе Речица нам пришлось поискать! Она оказалась на самом краю села за оврагом, туда и проехать не так просто. Там всего-то несколько домов, да и те почти все заброшены. Нужный дом стоял самым последним по улице, в зарослях деревьев, кустарников и высокого бурьяна его и не заметишь. Но когда мы подошли ближе, сердце сжалось от увиденного.
Дом разваливался, дверь была открыта, сени заполнены никому уже не нужным скарбом. Он был и во дворе повсюду. Две отощавшие собаки лаяли от безнадеги, кот громко мяукал от голода.
Хозяйка сидела на скамеечке у входа и удивилась гостям.
—Ко мне уж никто и не ходит, а вы откуда?
Объясняю. У Лидии Константиновны на глаза наворачивают слезы.
—Не знаю, что и делать… Вот ведь как жизнь сложилась.
Мама маленькой Лиды, Мария, работала в Орле, строила больницу МОПРа. Покормила как-то грудью малышку, оставила бабушке и ушла на работу. В тот же день погибла на стройке в результате несчастного случая. Лидочку с семи месяцев воспитывала бабушка, а потом девочку определяли в разные детские дома: Кромы, Некрасовка, Дмитровск. Так и жила до 15 лет.
Из детдома ее направили учиться на швею-мотористку в ГПТУ №6 в Орле. После на швейной фабрике работала 7 лет. Вышла замуж, уехали в Подмосковье. Но не понравилось, приехали в Ливенский район, окуда быд родом муж, стали работать в совхозе им. А.С. Георгиевского. Родились дети—дочь Светлана и сын Алексей, а затем еще и Ольга. Семья переехала в деревню Викторовку. И вдруг муж бросил семью.
Судьба не щадила Лидию. Дочь Светлана вскоре вышла замуж и переехала в Орел. Там и случилась трагедия—вместе со своей маленькой дочкой она сгорела в доме.
—Говорили, что попала в какую-то секту. Убили ее и подожгли. Это было в 2001 году. До сих пор не знаю, как все случилось. Сын семьей живет в Курске, а младшая дочь—в Верховье. А в Речицу я приехала уже с другим мужем, мы здесь прожили двадцать лет: сначала в общежитии. Когда общежитие стали расселять, мы переехали в этот старый дом. Купили его за семь тысяч, вот прожила я в нем десять лет. Муж умер два года назад, сильно пил.
Лидия Константиновна перечисляет события своей жизни просто, и от этого мороз по коже. Ведь она совсем не старая женщина—с 1955 года, симпатичная. Работала всегда и везде добросовестно—на коровнике, свинарнике, бригадиром. Сегодня ее пенсия составляет 6 тысяч 500 рублей.
—Меня отправили на пенсию, людей много, всем нужна работа, а в хозяйстве есть, кому работать. Вот я теперь копаюсь тут, езжу к детям.
Как дальше жить, она не знает. У дочери жить не получается—зятья не всегда радуются теще под своей крышей, у сына тоже семья с двумя детьми.
—Сестра моей мамы живет под Орлом, ее пенсия—18 тысяч. Я ее спросила, почему она не идет жить в дом престарелых. А она говорит: «Неужели же мне сын тарелку супа не нальет!» Ну, думаю, за эту пенсию можно…
—Ко мне приезжала директор Успенского дома престарелых, --продолжает Л.К. Репина,-- а вчера я и сама туда ездила. Его везде хвалят, и правда—там хорошо, красиво, все условия есть. Может, и поеду туда...А что делать—видите, какой дом старый! Кто будет его ремонтировать? Колхоз нам помогает—и сахаром, и продуктами, но нет таких ресурсов, чтоб дом починить и газ провести.
Кот Барсик прыгает с мяуканьем хозяйке на колени, просит еды. А она еще и печку не смогла растопить—та дымит. Электричества и воды в доме нет. Вокруг дома во дворе разбросаны вещи, напоминающие о былой жизни: детские игрушки, обувь, инструменты, тонкая балка подпирает крышу. Кажется, дом рассыпается на глазах. И это еще погода теплая. А как захолодает, придется сидеть в темноте и холоде одной со своими горькими думами наедине. Зимой сюда не проедет никто—все завалено снегом.
—Буду все жечь потихоньку, а куда это девать,--показывает на хлам хозяйка.
Но решение переехать в Дом ветеранов в Успенку она принимает с трудом.
—Тяжело мне будет там без детей, среди совсем пожилых людей.
—Но дети могут к Вам приезжать, и Вы к ним съездить.
—Ну а что делать? Наверное…Но тут я вольная, а там надо каждый раз писать заявление, чтобы уйти куда-то. Хотя и ходить особо некуда, так, приехать дом посмотреть, вещи какие забрать…
—Зато Вы будете в тепле, чистоте, сыты—ведь сейчас это для Вас очень важно.
—Да, правда.
Лидии Константиновне сейчас очень несладко—гложет обида на детей, на себя, на то, как сложилась жизнь.
—Вот и получается: из казенного дома я снова попадаю в казенный!
Анатолий Иванович Мальцев, деревня Старый Тим
Как мы искали этого героя, почти детективная история. Начали спрашивать дорогу еще в Ревякино, затем в Евланово, и у жителей , и в магазинах—информационном центре каждой деревни. Там нам даже нарисовали маршрут, как проехать в Старый Тим. И, кстати, об Анатолии Ивановиче все знали!
Спускаемся к деревне по ужасной дороге—в рытвинах и ямах, впору только на танке и ехать. Водитель чертыхается, но цель близка. Да не тут-то было! В одном «живом» доме нашли хозяев, они сказали, что Старый Тим еще и на той стороне реки, а проехать туда надо другой дорогой. Заезжаем в деревню с другой стороны. О! Тут есть люди, они сгрудились вокруг Газели: привезли пенсию. Один мужчина рассказал нам, как проехать к Мальцеву. Мимо мертвой фермы подъезжаем к пункту назначения. Несколько домов по улице почти скрылись в зарослях. У первого дома видим, что за деревьями загружают трактор мародеры—хозяев нет, дома заброшены, тащи все, что под руку попадет. Они и сказали, что Мальцев живет в самом конце улицы.
У последнего дома навстречу нам выходит мужчина с очень добрым улыбчивым лицом.
—Я Анатолий Иванович, и газету вашу читаю!
Расспрашиваем, а сами не можем оторвать глаз от старого дома, заросшего бурьяном палисадника за забором из жердей.
Выходит, что живет он в самом настоящем углу, где соприкасаются границы Ливенского, Колпнянского и Должанского районов. Мать умерла в 1986-м, брат в 2010-м, женаты оба ни разу не были, и детей нет. Вода из колодца ушла в землю, свет в доме есть, и одно спасение от одиночества—телевизор. Продукты и все, что попросит, Анатолию Ивановичу привозит глава поселения, но, как мы поняли, не все руководители так внимательны к своим жителям. А Мальцев ни на кого и не жалуется, в том числе, и на судьбу—характер добрый.
—Как же Вы дальше будете? Зима на носу? Может, Вам в Успенку в Дом ветеранов переехать?
—Да предлагали мне, но может, еще годик поживу здесь как-нибудь…
—Да как же здесь жить! Вы один в чистом поле, практически! А сугробы, холод, воды нет, газа, опять эта печка.
Но он еще сомневается, улыбается как-то виновато и радостно от того, что люди к нему приехали. Хороший добрый человек, бывший механизатор, сегодня ему пошел 73-й год.
Таков русский человек—трудно ему оторваться от родной земли, поменять уклад жизни. И выбор для него труден: то ли удобства и комфорт в чужом краю, то ли волюшка да родная сторонушка. Очень много зависит от родных и близких, ведь так важно, чтобы рядом была заботливая семья, чтобы не давиться куском хлеба на стороне в казенном доме. И в эти моменты часто приходится осмысливать свою жизнь—так ли ты воспитал детей, о чем думал в буйной молодости, сколько дал тепла близким, чтобы они отдали его тебе в старости.
Но в нашем случае героям, наверное, повезло бы. Потому что директор Успенского Дома ветеранов Наталья Прокофьевна Гродская удивительно милая, добрая женщина. Это видно сразу—в ее глазах и голосе такие неподдельные забота, сопереживание и желание помочь, что легчает на душе.
—У нас замечательные условия. Чисто, комфортно, вся мебель и оборудование новые, приезжают врачи. Персонал очень отзывчивый.
И тем, кого жизнь подвинула к этой границе, лучше перейти от темной стороны в светлую. Надеемся встретиться с нашими героями на новом месте и рассказать, как изменилась их жизнь.
|
