Зачем красноармейцу памятник?

В селе Никольском пенсионер своими силами приводит в порядок могилу расстрелянных во время гражданской войны продотрядовцев.

03.11.2010   Общество   0 коммент.   1355 просм.    Автор: Лариса Минц
Новости Ливны -М. С. Якунина у могилы неизвестных солдат.

М. С. Якунина у могилы неизвестных солдат.

Новости Ливны -М. С. Якунина у могилы неизвестных солдат.

Так сейчас выглядит памятник продотрядовцам на Никольском кладбище.

— Я завтра в Сергиевское поеду, — сказал мне по телефону Филипп Николаевич Махов. — Там все-таки кто-то из родственников продотрядовцев должен жить. Говорят, братья Громовы у нас похоронены.
Филипп Николаевич человек идейный. Такие реликты, которые способны за свой счет нанять людей, чтобы привести в порядок забытую могилу на краю кладбища, если и сохранились еще, так только в российской глубинке. Идеи у него исключительно коммунистические. Памятью погибших красноармейцев стал заниматься, потому что «люблю свою родину и желаю ей добра». По его словам, нельзя забывать прошлое.
В общих чертах это прошлое знает каждый житель Никольского.
— В девятнадцатом году деникинцы у стен церкви расстреляли шесть или пять красноармейцев-продотрядовцев, которые заготавливали продовольствие для своих воинских частей, — рассказала библиотекарь Мария Семеновна Якунина. — Потом их похоронили на окраине кладбища. Моя бабушка говорила мне, что они родом из села Сергиевского, и что первое время жены приезжали в поминальные дни на могилу и плакали.
С тех пор прошло более восьмидесяти лет. И жен нет в живых, и Никольская церковь, давшая имя селу, разрушена до основания, и имена погибших сгладились из памяти местного люда. Да и как могли их запомнить, если столько всего пронеслось над селом. Одна война чего стоила. Неподалеку от Никольского в Жерновке шли жесточайшие бои.
Но никольцы стараются сохранить память о прошлом. На месте разрушенной церкви сейчас построен мемориал. В центре круглая стела с именами павших односельчан. А от нее расходятся дорожки, на концах которых три могилы: воинов, павших в боях за  Никольское, неизвестных солдат, погибших в Жерновке и небольшой памятник красного гранита в честь погибших в 1919 году продотрядовцев.
Кажется, все обычаи соблюдены, и память и честь возданы погибшим. Чего же надо этому беспокойному Махову?
— То, что стоит на площади, это памятник, поставленный над пустым местом, — объясняет Филипп Николаевич. Останки погибших по-прежнему на кладбище. И до тех пор, пока я этим не занялся, могила находилась в большом запустении.
— Это правда, — подтверждает старший научный сотрудник Ливенского краеведческого музея О. Л. Якубсон. – Несколько лет назад я приезжал в Никольское и осматривал эту могилу. Деревянная ограда и памятник со звездой были в плохом состоянии.
Но большинству никольцев усилия        Ф. Н. Махова кажутся пустыми хлопотами. Ведь есть же официальный памятник. А истинное погребение… Да Бог с ним. Тем более, что политическая обстановка изменилась. Теперь продотрядовцы не считаются народными героями. Правда, и злодеями их в Никольском не решаются считать.
— Мы не знали и не знаем, что происходило в те годы, и кто был прав, а кто виноват, — говорит М. С. Якунина.
По словам женщины, ее родные до коллективизации были зажиточными крестьянами, имели даже мельницу. Все имущество у них было отобрано, но, к счастью, никого из семьи не репрессировали.
— Никогда никто из моих старших родственников слова плохого не сказал о советской власти, - говорит она. — Мы выросли с мыслью, что это самая справедливая власть и все, что она делала, было правильно.
Преступления этой власти, открывшиеся через столько лет, вызывают у Марии Семеновны не столько гнев, сколько желание отстраниться и не решать столь тяжелый вопрос. Но решать его все равно придется. Почему те, кто погиб с той, красной стороны, достойны памяти и памятника, а те, кто погиб с другой стороны — такие же простые крестьяне-труженики — прокляты и забыты? Только потому, что современные партийцы — люди энергичные и решительные требуют памяти и внимания к «своим» погибшим? На памятнике расстрелянным красноармейцам всего одно имя. А в списке репрессированных ливенцев под названием «Реквием» куда больше фамилий никольских крестьян. Прокофий Иванович Смагин — единоличник. Арестован в 1937 году. Расстрелян. Федор Иванович Смагин арестован тогда же, расстрелян. Расстреляны: Георгий Федорович Смагин и Иван Васильевич Смагин — военный инженер из Ворошилова. Родом он был из Никольского. Или вспомним Агафона Белова. Уроженец села Никольского, он окончил семинарию и стал священником. Служил в Ливнах, в Никольской церкви. Расстрелян.
Есть в списках репрессированных никольские крестьяне, осужденные на 8–10 лет исправительно-трудовых лагерей. Условия в этих лагерях были такие, что не многие вернулись из них живыми. В чем были виноваты эти люди? Может быть, кто-то «не разделял политику партии и правительства» и сказал об этом неосторожное слово? Или был объявлен кулаком? А может просто арестован для устрашения своих односельчан, для давления на них? К сожалению, их-то как раз в Николь-ском плохо помнят.
— Кажется, у Ивана Федоровича Смагина был расстрелян отец, — припомнила Мария Семеновна. — Других не знаю, у нас их мало было, в Жерновке больше.
Я понимаю, почему родственники М. С. Якуниной не говорили ничего плохого о советской власти. Пресс репрессий был таким страшным, что ради спасения детей, их приучали не видеть уродств, бьющих прямо в лицо. Но теперь-то, когда можно вспомнить и оценить все, как можно восстанавливать могилу одних и не вспомнить о других?
Коммунисты очень активны в отстаивании и пропаганде своих идеалов. А гражданское общество, иными словами мы с вами, до сих пор не можем определиться с оценкой прошлого.
Согласие и примирение возможно только в том случае, когда равны и почитаются все погибшие и с той и с другой стороны. Сейчас на территории нашей страны появляются немецкие кладбища, на которых похоронены захватчики. А вот памятников крестьянам, которых сгубили голодовки и репрессии тридцатых годов что-то не видно.



написать комментарий