В Речице разгорелся острый конфликт между жителями села и приезжими пчеловодами. Наш корреспондент принял участие в расследовании этого конфликта.
 20.07.2011
 Общество
 0 коммент.
 1522 просм.
 Автор: Лариса Минц
Хорошо дышится в начале июля на речицких полях. В воздухе смешиваются ароматы освеженной дождем зелени, зреющих хлебов, полевых цветов, цветущей гречихи. Но жителя Речицы Михаила Кирилловича Кулаковского этот благовонный «коктейль» не радует. Глядя на гречишное поле, точно молоком залитое белыми цветками, он мысленно подсчитывает сколько нектара принесут с него его пчелы. И эти подсчеты огорчают его. И не только его. Еще семь пчеловодов из Речицы написали в Россельхознадзор жалобу. Они просят убрать с территории сельского поселения передвижные пасеки, которые, по их словам, мешают их стационарным пасекам, расположенным в селе. Особенную досаду вызывают у них тридцать ульев, которые принадлежат пчеловоду из Успенки Владимиру Михайловичу Дорохову.
В.М.Дорохов обосновался в брошенном доме, в умирающей деревне Космаковке, поставил тридцать ульев в старом, выродившемся саду всего в километре от цветущего гречишного поля. Над пасекой гул стоит, все пчелосемьи усердно трудятся. Хозяин от них не отходит. Оделся в специальный костюм и накомарник и следит - вдруг пчелы роиться начнут.
- Поставил свою пасеку на самом лете наших пчел, - обижается М.К. Кулаковкий- глава протестующей группы. – Во- первых, дорогу им перекрывает, а во- вторых, семьи у него сильные. И наши пчелы, возвращаясь к ульям со взятком могут остаться, пристать к его улью.
Потерять пчел Михаилу Кирилловичу не хочется. А более всего досаждает то, что поле, которое давало его пчелам хороший взяток, теперь «кормит» обитателей «чужих» ульев.
Вообще- то все ливенские пчеловоды делятся на любителей и профессионалов. К любителям относятся жители сел, которые держат ульи на своих подворьях. Пчеловодство для них только довесок к основной работе в сельском хозяйстве или на производстве. А профессионалы сделали пчеловодство своим основным занятием. Они годами занимаются тем, что холят и лелеют своих полосатых кормилиц, берегут их, лечат, и в пору цветения трав и гречишных полей вывозят свои пасеки на природу.
Отношения между и профессионалами, и любителями прохладные. Профессионалы не уважают любителей за то, что они, по их мнению, плохо ухаживают за пчелами. А любители считают профессионалов рвачами и нахалами, которые своими выездными пасеками мешают простым крестьянам заниматься пчеловодством.
Так они и косились друг на друга годами. Но никогда еще не доходило до открытого конфликта с заявлениями в поселенческую администрацию и Россельхознадзор.
Требование местных пчеловодов единодушное: пусть убирается вместе со своими пчелами. В конце концов, гречишное поле принадлежит тому хозяйству, в котором мы работаем. И медоносную траву тут неподалеку мы сами посеяли. Не нужно нам пришлых на готовенькое.
- Мужики так возмущены, что дело может дойти до кулачной расправы, - говорит М.К Кулаковский. –Уговариваем, чтобы сюда не ходили.
Владимир Михайлович Дорохов в свою очередь возмущен вмешательством в его работу.
- Я гражданин России и могу находиться там, где хочу. Не имеете права меня выгнать.
Пчеловод Андрей Сергеевич Лаврентьев обосновался в уже умершей деревне Калиновке, в брошенном доме своих родственников. Пасека у него небольшая – всего 15 ульев, но хорошая. По округе разносится запах свежего меда. С речицкими Андрей Сергеевич конфликтовать не хочет. Клянется и божится, что к спорным медоносным угодьям его пчелы не летают - слишком далеко.
- Не нужно моим пчелам ваше гречишное поле, - уверяет он. – Они берут взяток на полевых цветах, на цветущих травах, на пустырнике. От того и аромат у меда замечательный. А пустырниковый мед, тот даже целебный.
- Быть этого не может! - не соглашается М.К. Кулаковский. – Дальность лета пчелы пять километров, а ваша пасека расположена в четырех километрах от поля. Бывают они там. Наверняка.
И тут требование прежнее – пасеку убрать.
- Куда же мы денемся?- пугается Вера Александровна – супруга А.С. Лавретьева. –Ульи заполнены медом только до половины, пчелы работают во всю. Если грузить и увозить, будут большие потери.
М.К. Кулаковский молчит. Понимает, что женщина права и, наверное, даже жалеет Лаврентьевых. Однако свои интересы ему соблюсти надо.
Откуда такая твердость и решительность? Неужели нектара не хватит на всех?
-Хватить – то его хватит, - поясняет ситуацию С.В. Аверкиев, директор станции по борьбе с болезнями животных. – Но пчелы поделят взяток на все пасеки. Каждому достанется поменьше. А меньше всего тем, у кого пчелосемьи слабые.
Слабые они у речицких крестьян. И в этом, по мнению Сергея Владимировича, крестьяне виноваты сами.
- Грабят пчелу, откачивают почти весь мед, на зимовку оставляют очень мало, поэтому их пчела и не может конкурировать с сильными пчелами профессионалов, - говорит он.
Но профессионалов - пчеловодов между сельскими жителями немного. А вот желающих заработать на меде с каждым днем становится все больше. Медок-то на рынке дорог. Для Россельхознадзора такие стихийно возникающие стационарные пасеки - постоянная головная боль. Их ставят без оглядки на какие – либо правила надзора. И искусанные соседи начинают писать жалобы во все инстанции. Приходится ехать, проверять, выяснять, наказывать…
Впрочем, нужно быть справедливым. И профессионалы не всегда отличаются дисциплинированностью.
- Свои пасеки они тоже не желают регистрировать, - рассказывает госинспектор Россельхознадзора А.А. Агарков. – Пчелу на заболевания не проверяют, или проверяют выборочно – один- два улья из десятка. А на выезде их пчелы контактируют с сельскими и таким образом по району разносится варотоз и нозематоз.
.В последнее время пасек становится столько, что начинается настоящая борьба за медоносы. Их просто не хватает. Если раньше большие хозяйства имели собственные пасеки и высевали различные медоносные растения, то сейчас количество таких растений резко сократилось. И чувствуя свою слабость в борьбе за них, крестьяне пытаются использовать административный ресурс, чтобы выжить профессионалов со «своей» территории. «Прижать» В.М. Дорохова и А.С. Лаврентьева в принципе можно. Паспортов на свои пасеки они не предъявили, договоров на постановку пасек с поселенческой администрацией не заключили, главу сельхозпредприятия не поставили в известность о том, что их пчелы будут собирать мед с его гречихи. Это все упущения и недостатки, о которых госинспектор Россельхознадзора А.А. Агарков составил акты. Но вот парадокс – наказать за эти упущения можно, а заставить силой снять и вывезти пасеки можно только по решению суда. Пока развернется неторопливая Фемида, сезон медосбора уже кончится, передвижные пасеки сами уедут. И конфликт между любителями и профессионалами замирает в состоянии полной неразрешимости.
Но речицких пчеловодов это не устраивает. Стоят в густой траве и цветах друг против друга двое хмурых мужчин.
- Уезжай по закону! – говорит один.
- Не уеду! Закон на моей стороне,- отвечает другой.
А кругом летняя благодать: спеют хлеба, цветут ромашки и медом пахнет от близкой пасеки.
| 
