Помнят ли еще в Ливнах о том, что в ноябре – декабре прошлого года во Владикавказе были убиты мэр города и несколько крупных чиновников? Скорее всего, новые известия о новых террористических актах, совершенных на Кавказе, заслонили для горожан трагическую судьбу четырех осетинских начальников. А вот ливенский следователь Илья Николаевич Рыльков более трех месяцев подряд занимался этим делом. Его включили в состав объединенной следственной группы по расследованию этих убийств. Сам он говорит, что подвигов Шерлока Холмса на Кавказе не повторил, занимался по большей части рутинной, черновой работой – отслеживал связи и контакты подозреваемых.
 04.11.2009
 Общество
 0 коммент.
 1176 просм.
 Автор: Людмила Перелыгина
- Только по номерам, которые содержались в мобильном телефоне одного из членов преступной группы, пришлось сделать свыше пятидесяти звонков,- вспоминает он. – И все без особенного толка.
Дело в том, что мужчина в перерывах между террактами успел купить себе квартиру и отделывал ее. Рабочим отдавал распоряжения по телефону, по нему же договаривался о приобретении материалов. На таких людей и выходил, в основном, следователь. Но в то же время знакомство с гражданами Северной Осетии давало возможность непредвзято посмотреть на реалии нынешней обстановки на Кавказе.
- В целом можно назвать ее войной части населения против правоохранительных органов,- считает Илья Николаевич.
Глава следственного комитета Александр Бастрыкин принял во внимание эту особенность региона. Меры по охране следователей, собранных со всех регионов России в специальную следственную группу, принимались самые серьезные. Они жили в охраняемой гостинице, не выходя из нее на улицы Владикавказа даже в выходные дни. На работу тоже под охраной, на выезд в сопровождении группы до зубов вооруженных омоновцев. И это при том, что основная работа по выявлению и задержанию преступников была проведена до приезда группы, в которую входил И.Н. Рыльков. В ночь с 1 на 2 апреля нынешнего года был арестован предполагаемый организатор убийств – уроженец Южной Осетии Олег Гагиев по кличке «Малыш» и задержано четверо его подельников. Установлены были имена почти всех членов организованной преступной группы, в том числе и тех, которые успели скрыться. Но при этом опасность не уменьшалась. В любую минуту в том же регионе могла возникнуть такая же банда и попытаться устрашить правоохранительные органы очередным убийством. Возникновение таких групп, по словам И.Н. Рылькова облегчается большим количеством разнообразного оружия, которое почти легально держат у себя дома местные жители. Несколько раз на обысках Илья Николаевич обнаруживал целые арсеналы, в которых чего только не было: автоматы с запасом патронов, пистолеты, гранаты… Все в хорошем состоянии, смазанное, уложенное, грамотно сохраненное. Хозяева арсеналов и не скрывали, что у них хранится оружие. Они не видели в этом ничего криминального. На вопрос откуда пистолеты и автоматы объясняли, что все осталось у них с девяностых годов, со времен осетино – ингушского конфликта. Если столько опасных вещей хранится в мирных домах, то можно себе представить, сколько всего оружия продается в Осетии из под полы.
Конечно, одного оружия для организации маловато, нужна еще идейная установка на террор. И для этого, тоже, к сожалению, есть почва. Разруха в экономике многих лишила средств существования. Взять оружие и добывать убийством хлеб насущный, в этом мужчина с кавказским менталитетом частенько не видит ничего особенного.
- Я вел допросы Инала Засоева – одного из убийц- исполнителей, - вспоминает Илья Николаевич. – Он оказался симпатичным простодушным человеком, во многом похожим на русских крестьян.
Двадцатидевятилетний Инал с детства охотился в горах. И когда ему предложили за хорошую плату поучаствовать в убийстве, он не отказался. Технически все убийства, совершенные бандой Гагиева, были очень сложными. Караева, Пахиева, отца и сына Чильдиевых убивали в тот момент, когда жертвы шли по улице или садились в машину, словом двигались. Такое по силам только хорошему стрелку, настоящему снайперу. Инал как раз и был таким. Но после убийств он не получил обещанного. Руководитель банды отделывался пустяками, да обещаниями обязательно расплатиться в следующий раз. И через некоторое время Инал вновь убивал, надеясь, что получит вознаграждение. О том, что он стал игрушкой в руках негодяев, о преступности своих действий Засоев просто не думал.
На следствии ему открыли глаза на многое. И главное, осознал бессмысленную жестокость заказных убийств и бесперспективность террора. Он стал активно сотрудничать со следствием, подробно рассказывал обо всем, что знал. И еще он раскаивался в совершенном и, скорее всего, делал это искренне.
Отношения в банде наемных убийц, которыми командовал Олег Гагиев, в миниатюре напоминают социальную пирамиду, которая выстроилась сейчас в кавказских республиках. Глава банды получает заказы на убийства, бесконтрольно распоряжается средствами и рядовыми боевиками – исполнителями. Сразу после убийства Виталия Караева высказывалось мнение, что мэр Владикавказа стал жертвой «водочной» мафии. Производители паленой водки не простили ему, что он вмешался в их дела и попытался ввести производство в рамки закона. Так ли это, - неизвестно, но то что власть гагиевых на Кавказе велика, очевидно.
Северная Осетия еще не самый проблемный регион. Там у жителей есть работа, там сохраняются какие- то основы законности и порядка. А вот в соседней с ней Ингушетии экономика разрушена, и тамошняя молодежь, лишенная работы и перспектив, вынужденно идет в банды. Такие же проблемы и Южной Осетии. На фоне всех неудач и неурядиц какие- то силы внушают кавказцам ненависть к России.
-Мне приходилось наблюдать у подследственных проявления самого агрессивного национализма, - вспоминает Илья Николаевич. – Так один из них категорически отказался разговаривать со мной и с прочими русскими следователями и требовал только следователя осетина.
Удовлетворить эту просьбу было нелегко, потому что местных следователей старались держать в стороне от расследования. Боялись утечки информации. Ведь для местных правоохранителей деньги и родственные связи бывают порой важнее служебного долга.
Но всем было очень обидно. Денежные потоки просто хлещут из России на Кавказ, регион и существует только на подачки из федерального центра, и, тем не менее этот человек изо всех сил клянет всех русских и называет их угнетателями.
- И это при том, что глядя со стороны, уровень жизни на Кавказе достаточно высокий,- рассказал И.Н. Рыльков- Превосходные дома, хорошо одетые люди на улицах. Бомжей я там ни разу не видел и, похоже, во Владикавказе их вообще нет.
То же самое и в Ингушетии, в которой к русским отношение особенно враждебное. Все ингуши, подвергавшиеся переселению, получили неслабую компенсацию за утерянное имущество, их старики приравнены к ветеранам Великой Отечественной войны и получают соответствующие пенсии, имеют льготы. В редкой семье нет машины и Интернета. И тем не менее, молодые ингуши убеждены, что русские их кровные враги. По Интернету распространяются призывы уничтожать местных силовиков, так как « любой сотрудник силовых структур утверждающий, что он ингуш, мусульманин будет для меня рабом России, слугой ингушей и моим врагом, ибо работает в системе, усилия которой направлены на благо моих врагов…».
Расследование, проведенное в Северной Осетии только одна страничка из современной истории Кавказа. Силовики по праву гордятся тем, что выявили и арестовали преступников и довели их до суда, который начнется в ноябре - декабре нынешнего года. Но изменит ли этот суд обстановку на Кавказе?
|
