Житель села Норовки обнаружил в поле необъяснимое явление — огромный провал в земле с идеально ровными краями. А вскоре его односельчанин нашел еще одну «дыру».
 18.12.2013
 Краеведение
 0 коммент.
 2375 просм.
 Автор: Галина Кондратьева
 Слева направо: А.Б. Краминский, М. В. Лапин, Л. В. Лапина. Михаил Васильевич Лапин начал охотиться с 16 лет. Страсть к своему увлечению он разделял со своим другом М.И. Дорогавцевым. Как-то, несколько лет назад, были они осенью на охоте, в 10 км от Норовки. В том месте над речкой высится гора Каменная. А вокруг — чистое поле, куда ни глянь. Весной и осенью там шли работы: пахота, сев, уборка, и ни разу плуг не застревал или не проваливался.
Вдруг друзья-охотники увидели посреди поля дыру десяти метров в диаметре.
— Она была идеально ровная, а стены отвесными и гладкими, как в стакане, — рассказывает Михаил Васильевич. — Глубиной была она метров 10, и на глубине тоже стояла вода. Мы бросали туда камни-голыши, которых на поле достаточно. Так только через 10-15 секунд услышали характерное бульканье — значит, камень достиг дна.
«Как могла появиться эта «дыра» в поле, когда селяне всю жизнь там пахали?»—задавались друзья вопросом. Уж больно похожа она была на ракетную шахту, какую доводилось видеть им в годы службы в армии. С тех пор эта загадка не давала ему покоя.
В этом году уже грибная охота привела Лапина на то же место. «Дыра» была все там же, лишь края стали немного осыпаться. Но, как выяснилось, она была не одна!
А.Б. Краминский, местный норовский исследователь, видел такую же, только чуть меньше в диаметре. На границе Орловской и Липецкой областей, в так называемом Ведьмином ущелье, исследуя места былых сражений вместе с поисковиками, наткнулись они на такой же провал с идеальной окружностью.
--Я немного разбираюсь в геологии и минералогии, все это похоже на карстовый обвал. Но идеальный круг!.. Можно было бы подумать, что прилетали инопланетяне и брали пробу грунта,--смеется Анатолий Борисович.—Да, здесь когда-то миллионы лет назад были вулканы, на полях сохранился вулканический туф. Еще на полях много так называемых вулканических бомб, продуктов жизнедеятельности вулканов -- своеобразных известковых шариков. Наверное, в этих местах был и океан, потому что мне попадалось множество окаменелых ракушек, они вкраплены в известняк повсюду.
Однако, проехать к этим местам у нас не получилось—выпавший снег занес дорогу, и нужен был бы автомобиль помощнее, чем наша редакционная легковушка. Теперь, как говорится, не загадывая, только весной по высохшей дороге можно будет пробраться к таинственному месту и сфотографировать обе находки.
Разговор происходил в гостях у Лапиных, в их теплом и уютном доме. Слушая Анатолия Борисовича, понимаю, что Краминский – интересный человек. Бывший военный, он был занесен судьбой из Мурманска в наши края, и уже 23 года живет в Норовке. Работал механизатором, завмастескими, бригадиром комплексной бригады. Будучи уже на пенсии, Анатолий Борисович, благодаря своему характеру исследователя, знает в округе все интересные места, находит останки солдат в местах боев, сотрудничает с поисковыми организациями. Местные жители называют его краеведом, хотя человек родом издалека. С Михаилом Васильевичем их объединяет страсть к рыбалке и охоте, сходство характеров, аналитический склад ума, общительность и вдумчивый подход к жизни.
-- От природы мы оба спокойные, уравновешенные люди,-- улыбаясь, объясняет свою схожесть с Краминским Михаил Васильевич. — Мы не любим шумные компании, скандальных людей, выпиваем редко — по праздникам. Любим посидеть, пошутить. Один у нас недостаток — мы курим, — посмеивается Лапин.
-- Где Миша — там куча анекдотов, -- подхватывает Анатолий Борисович. — Его ждут везде. Он не только знает массу анекдотов на все темы, но и умеет их рассказывать. Душа компании!
Род Лапиных ведет свой отчет в Норовке с давних времен. На местном кладбище покоятся предки Михаила Васильевича вплоть до его прапрадеда, и вся жизнь нашего героя связана с родным селом. Сам же он работал в колхозе с молодых лет. Был трактористом, комбайнером (целых 25 лет!), где бы ни просили его поработать, никогда не отказывал. Скотник, слесарь, бригадир, учетчик, кладовщик, снабженец… Однажды даже ему два месяца пришлось доить коров, и все прекрасно получалось: поистине, русскому мужику все по плечу. За 38 лет работы Михаила Васильевича в колхозе сменилось 13 председателей, все по достоинству ценили его труд.
Но мне хотелось еще пройти вглубь дома к Людмиле Владимировне. В горнице, где мы все сидели, добрая часть стены была увешана нарядными и старыми иконами. В зале, в красном углу их тоже было немало.
— Зять у нас верующий, и я за ним начала молиться. Вот лет шесть уже. Они все по монастырям с дочкой и детьми ездят. Ну мне стыдно было не поддержать, — рассказывает хозяйка. — Я тоже стала ездить с ними по святым местам. Все это было непросто. А летом дети возили меня в Турцию — это какая-то сказка!
Людмила Владимировна застенчиво улыбается. Простая совсем деревенская женщина, но, судя по тому, как уютен и приветлив их дом, в ней могучая русская сила, впрочем, как и у супруга. Она тоже работала в колхозе — заведующей, фуражиром, зоотехником.
За то время, пока она была в Турции, муж прополол огород, все дела сделал с присущей ему ответственностью. По возвращении супруга только ахнула: зря волновалась!
— У нас трое детей, девять внуков. Дети живут в Москве и Калуге. Но на лето все стараются приехать домой, --говорит она.
И это главный стимул в их жизни.
Не хотелось уезжать от Лапиных. На столе — горячий чайник, да еще хозяин принес целую рамку с медовыми запечатанными сотами в гостинец (во дворе стоят ульи). Душевный привет, труд на своей земле, интересная жизнь... Хотя мои собеседники сетуют: и Норовка скоро станет вымирающей деревней. Но пока есть такие люди, в это верить не хочется.
За чаем я услышала следующую историю. Есть еще одно место, где природа первозданна и не тронута человеком. Там растут редкие цветы, из-под земли бьет чистейший родник, а камни облеплены ископаемыми ракушками. О нем рассказали мне мои знакомцы. А значит, будет повод еще для одной встречи с нашими читателями, но теперь уже весной. Поживем — увидим!
По приезде в редакцию я связалась с О.Л. Якубсоном.
— Олег Леонидович, а что там все-таки есть, в Норовке?
— Да обычный карстовый провал, везде же известняк.
— А вдруг необычный?..
Олег Леонидович засмеялся.
— Да ничего особенного, такое вполне может случаться!
Честно говоря, я немного расстроилась…
Но такой уж у нас менталитет — хочется верить в чудеса. Так что будем ждать весны и снова — в Норовку! Посмотрим,сфотографируем,а может, еще и что новенькое появится!...
|
