«Перед своей Родиной я не повинен»

Ветеран войны Николай Сергеевич Семенов был малолетним узником в Германии. Сейчас он живет в успенском Доме ветеранов. И здесь Николай Сергеевич часто рассказывает персоналу и тем, кто живет рядом с ним, о своих годах, проведенных в немецком лагере.

22.04.2015   Общество   0 коммент.   382 просм.    Автор: Марина Нестерова
Новости Ливны -

У Николая Сергеевича очень доброе светлое лицо, открытая улыбка, приятный голос. Мне он чем-то напоминает знаменитого Евгения Матвеева.
— Я родился в 1927 году в селе Студеном Должанского района, — вспоминает ветеран, — мать и отца я  не знал. Может сильный голод заставил мать бросить нас и уехать на заработки в Донбасс? Но за пару лет до войны мама приехала и забрала нас с собой на Украину, где работала уборщицей.
Николай Сергеевич хорошо помнит, что Донбасс был оккупирован немцами осенью. Есть было нечего, и вместе с другими малолетками Коля начал воровать у немцев хлеб.
— Первый раз, когда немцы нас поймали с ворованным хлебом, нам сошло с рук, — рассказывает Николай Сергеевич, — но второй раз сыграл злую шутку. Нас отправили в эшелоне в Германию.
Последней остановкой стал город Дортмунд, район Менгеде, где находились шахты. Туда и определили работать малолетнего Колю.
— Грузил уголь после того, как немецкие рабочие пройдут отбойным молотком, работал крепильщиком, — вспоминает ветеран. —  Мы жили в лагере. На работу нас водили с полицией и с работы под охраной.
Когда американцы бомбили Дортмунд, Коля попал под бомбежку, и ему оторвало ногу.
Его обещали отправить обратно на родину, но один француз сказал: «Если хочешь жить, просись на работу, иначе тебя повезут в крематорий».
— Немцы сделали мне протез, — рассказывает Николай Семенович, — да так хорошо, что я мог работать не чувствуя боли по 12 часов в день. Главное, что жив остался!
Теперь работа у Коли была другой. Он развешивал лампы в шахте.
— Мы, дети, работали вместе с военнопленными,  — говорил ветеран, — трудились  в шахте и немецкие рабочие. Нам говорили, что многие из них были немецкими коммунистами. Меня они заставляли петь «Интернационал». Немецкий я знал плохо, но мелодию напевал всегда,  когда надо было.
Хорошо помнит ветеран, как в лагере его кормили брюквой. Помнит, что среди немцев-рабочих были люди, которые делились с русскими заработанным пайком и были предатели, которых убивали там же в лагере. Особенной жестокостью отличался один эсесовец, который бил не только военнопленных, но и немецких рабочих.
— Потом собрались несколько мужчин и его несколько раз кинули об асфальт, — говорит Николай Сергеевич, — с тех пор больше его я не видел.
Другой — предатель Лёнька, из русских. Он доносил все немецкой комендатуре, и от него настрадалось много народа. В конце войны свои же проткнули его насквозь клинком.
Перед глазами ветерана  часто всплывает эпизод взрыва в лагере, который произошел по неосторожности одного американца. Тогда погибло много людей.
— Этот американец любил играть на мандолине,— вспоминает ветеран, — тогда любители музыки собрались, чтобы его послушать. А рядом лежал неразорвавшийся после бомбежки американцев снаряд. К нему как-то халатно отнеслись. Так вот американец ткнул его чем-то острым и сразу произошел взрыв. Его разорвало на куски…
Юноше-подростку приходилось жить в постоянном страхе. Дортмунд регулярно бомбили. Этот город освободили лишь в 1945 году и военнопленных передали в город Фройденберг, где находились советские солдаты.
— Полевая почта 21099И, за которой мы числились,  — хорошо помнит пожилой человек, — сначала относилась к маршалу Рокоссовскому, а потом к маршалу Жукову.
Вместе с остальными он возвращался домой в эшелоне. Видел Гамбург и другие города.
— Я чисто прошел фильтрационную комиссию НКВД, — с гордостью говорит Николай Сергеевич, — перед своей Родиной я не повинен ни в чем.
Когда Николай вернулся в Донбасс, то там был страшный голод.
— Был бы умный, пошел бы учиться на токарный станок или обмотчиком, — сожалеет Николай Сергеевич, — но пошел в сапожники, проработал 3 месяца и бросил.
Уехал он на родину в поселок Новосиль, где встретил супругу Нину Фроловну. Тогда люди ехали в Сибирь на заработки. Вот семья Семеновых тоже захотела жить лучше, отправилась за длинным рублем. А как потом оказалось, приехали в комнатушку, где не было ничего, даже туалета. Завести хозяйство там тоже не удалось. Жить там было невозможно, молодым супругам пришлось снова вернуться в Новосиль.
Всю жизнь Николай Сергеевич Семенов проработал механизатором. У него есть дочь, которая живет в Речице и очень больна, поэтому не может ухаживать за отцом и есть сын, который живет в Орле.
Николай Сергеевич следит за всем происходящим в стране по телевизору. Его часто возмущает тот факт, что страны, которые освободил СССР от фашистской чумы, отвернулись от России. 9 Мая он, как и остальные ветераны, будет отмечать этот великий праздник.



написать комментарий