Ливенский депутат пытается отнять сарай у сироты. На дверь подсобного помещения народный избранник повесил свой замок и не пускает внутрь хозяина, — парня, который только что вернулся из армии, начинает строить свою жизнь.
 24.06.2015
 Общество
 0 коммент.
 851 просм.
 Автор: Оксана Стаханова
 Светлана у закрытого сарая (фото автора). Услышав эту новость из уст крестной Егора Вайценовича Светланы, которая обратилась в редакцию в поисках справедливости, как-то сразу и не поверилось, что такое может быть. Разве может взрослый мужчина, которого народ избрал именно для того, чтобы защищать интересы людей, на самом деле с настойчивостью, достойной лучшего применения, обрушить свой гнев на молодого парня? Да к тому же еще и сироту. Родители Егора умерли из-за болезни. Мама — когда он учился на втором курсе Ливенского филиала ОГТУ на программиста. Папа — еще раньше. Крестная — едва ли не единственный человек, которая взялась отстаивать его интересы.
— С родителями Егора мы были хорошо знакомы. В старой двухэтажке на Крестьянской они жили семьей с 1977 года. Когда заселялись, то вместе с ордером на квартиру получили в пользование и сарай, построенный во дворе. Их тогда давали всем жильцам. Всю жизнь они пользовались этим сараем. А теперь нашелся человек, живет, кстати, по соседству, в многоэтажке в этом же дворе (она построена позже дома, в котором живет Егор), который ни с того ни с сего захватил сарай Егора, пока он служил в армии. Действует жестко, разговаривает резко: «Я депутат, и будет так, как я скажу…» Разве так можно?! — возмущается Светлана.
Егор и сегодня не может войти в сарай. На двери висит замок депутата. Анатолий Петрович Сысоев повесил его самовольно, без объяснений.
Кстати, осенью прошлого года Егор с помощью крестной, которая приобретала стройматериалы (шифер, доски), сделал в сарае ремонт. Перекрыл заодно с соседом крышу, подлатал перекрытие, стену внутри. Стройка почему-то не возмущала депутата, хотя, если рассудить, какой хороший владелец позволит хозяйничать чужому человеку «в своем огороде?». Забегая вперед, скажу, что на этот вопрос Анатолий Петрович уверенно парировал, мол, не видел, как Егор делал ремонт, так как был в Москве по делам… Что ж, может это и так, да только и по возвращении из столицы у претендента вопросов к Вайценовичу не возникло.
Не появлялось их у народного избранника почему-то и в прошлые годы. И после того, как недавно Светлана складировала там старые вещи и мебель Вайценовичей (женщина сделала ремонт в квартире крестника, пока тот служил). И даже тогда, когда она забивала дверь сарая гвоздями (думала, что так надежней). Увы, не помогло. Сысоев выдернул гвозди и повесил на сарай свой замок, угрожая при свидетелях выбросить хранящуюся там кладь на улицу.
Известие о самоуправстве соседа стало для Светланы громом средь бела дня. Как? Почему? Раз человек позволяет себе так поступать, женщина решила действовать тем же методом: замок депутата сорвала и повесила свой. Не прошло и трех часов, как соседи по дому по телефону сообщили Светлане о том, что теперь ее замок валяется на земле, а на двери новый амбарный запор. Больше экспериментировать не стали. Но и переговоры не удались.
— А вы пытались выяснить у Анатолия Петровича причины его поведения? — интересуюсь я.
— Конечно. С ним пыталась говорить я, а по-мужски — дальние родственники Егора. Все бесполезно! Одно твердит, мол, тут одни наркоманы ходят, люди владеют сараями незаконно, и что он, как депутат, наведет порядок. Другими словами, выселит Егора из сарая.
Егор при этих словах растерянно молчал, он только что (это было 17 июня) отнес заявление с жалобой на действия соседа в горсовет, и до сих пор как будто не осознал: за что? За что ему в его двадцать с небольшим приходится тягаться с депутатом. Приходится бороться за своё?
Понятно, о том, что сарай принадлежит именно ему, нигде не написано. Документов на дворовое подсобное помещение у парня нет. Судя по всему, их нет и в природе. По крайней мере, этим вопросом в семье прежде никто не задавался. Жили себе, не тужили, и были уверены, что так будет всегда.
Но, нет! Нашелся Сысоев, в сознании которого однажды возникла «гениальная» мысль: раз документов на сараи нет, значит нет и хозяев, и в таком случае помещения такие же «их», как и «его». То есть, как в одном из лозунгов прошлого «все вокруг колхозное, все вокруг мое»? И ничего, что депутат от фракции-гегемона прошлых лет, по идее, должен был бы продолжать начатое соратниками дело социальной справедливости. Это ведь они в середине семидесятых прошлого века постарались для людей, построили домишко, а впридачу, для облегчения быта – сараюшки во дворе. И этот шаг, судя по всему, тогда посчитали правильным! Откуда же им, в семидесятых, было знать, что спустя без малого сорок лет, некоторым последователям коммунистических идей забота о людях покажется пережитком прошлого. Что, оказывается, можно будет, козыряя депутатским статусом, делать прямо противоположные вещи. Такая мол, товарищи, ошибочка вышла. Не дали документиков людям, а без бумажки ты… что? Это все знают.
Интересная деталь: Анатолий Петрович Сысоев пошел на выборы будучи пенсионером, прежде работавшим рабочим на одном из перерабатывающих предприятий нашего города. Судя по всему, это обстоятельство (якобы знания трудового народа и его чаяний) стало решающим для избирателей. По количеству набранных голосов он опередил свою соперницу по предвыборной борьбе Лидию Васильевну Черных, она – заместитель главного врача ливенской ЦРБ.
И тут, как говорится, комментарии излишни…
Интересно стало, а что обо всем этом думают коллеги Сысоева из городского Совета народных депутатов. Председатель Елена Николаевна Конищева так прокомментировала спор между депутатом и молодым человеком:
— Случай из ряда вон. Заявление от Егора Вайценовича будем разбирать на комиссии. Заседание фракции КПРФ назначено на понедельник, коллеги должны дать оценку поведению Сысоева.
— А часто ли поступают жалобы на действия депутатов?
— На Сысоева и некоторых других они поступают, к сожалению, систематически.
— Скажите, когда будут очередные выборы депутатов? – интересуюсь я.
— Скорее всего, в марте 2016 года. Или в сентябре, пока точно неизвестно.
— Как можно прекратить деятельность депутата?
— Только по ходатайству избирателей и в судебном порядке.
Упс! Круг замкнулся. Вряд ли избиратели стройными рядами пойдут по инстанциям. Тут ведь дело понятное: обиженные – потерпят, иные понаблюдают, в повседневной жизни - то у каждого своих забот хватает.
А что же Анатолий Петрович?
Нам удалось немного пообщаться по телефону. Встречаться с корреспондентом и обсуждать «сарайный» вопрос депутат посчитал пустым занятием и тратой времени. К тому же он, как заявил сам, «не обязан отчитываться перед какими-то там журналистами». Убежден, что землю эту, муниципальную (!), он освободит полностью от незаконной застройки, и…буквально: «Поставлю вагончик, и буду вести прием граждан. Как депутат!»
В общем, разговора не получилось. А так хотелось услышать хоть одно какое-нибудь мало-мальски вразумительное объяснение происходящему. Да, впрочем, о чем это я? Определение, пожалуй, есть одно, и оно старо, как мир.
Это произвол…
А если дело дойдет до суда, то независимо от исхода, можно будет сожалеть о том, что взрослая жизнь молодого парня может начаться с разочарования в людях и власть имущих.
|
