Работники социальной защиты поселка Верховье по-прежнему равнодушны к судьбе девочки – сироты.
 31.03.2010
 Общество
 0 коммент.
 837 просм.
 Автор: Лариса Минц
Наша газета уже писала о трудной судьбе Оксаны Бобылевой - девочки из Верховья. Отец Оксаны умер, мать пила «горькую», Оксана с пяти лет оказалась на попечении социальных служб, а с семи отправили в Крутовскую школу – интернат. После окончания школы семнадцатилетняя Оксана вернулась в родную деревню Круглое и оказалась предоставлена сама себе. Органы опеки и попечительства ее судьбой не интересовались, хотя обязаны делать это.
Девушка сама позаботилась о своем будущем. В сентябре приехала в Ливны, пришла в училище №4 и сказала, что хочет там учиться. С собой у нее была кое- какая старенькая одежка, на ногах порванные туфельки, в сумке пара резиновых «сланцев» - вот и все «приданое». Денег и документов не было. Откуда взять паспорт Оксана не знала. Девочка росла в приюте на полном государственном обеспечении. Позаботиться о себе она не умела.
Эту заботу взяли на себя преподаватели ПУ №4 и Ливенский отдел опеки и попечительства. Оксану устроили на житье в социально-реабилитационном центре, вскладчину одели и стали оформлять паспорт. Без участия Верховского отдела опеки и попечительства паспорт нельзя было получить. А там не спешили ничего предпринимать. Дело сдвинулось с мертвой точки только после публикации в нашей газете.
Когда в Верховье прочли статью: «Так не бывает на свете, чтоб были ничейными дети», то очень рассердились. Так стоит ли удивляться, что история девочки из Верховья получила продолжение.
Два года Оксана Бобылева прожила в Ливнах, изредка наведываясь в родное Круглое. За это время случилось печальное для девушки событие. Ее мама Наталья Бобылева получила срок за уголовное преступление и теперь находится в колонии – поселении. По решению суда Оксана Бобылева передана на попечение органов опеки и попечительства. Сама она об этом не знает и не беспокоится, потому что рядом с ней люди, всерьез занимающиеся устройством ее жизни: мастер Г.А. Беликова и завуч училища Т.С. Ашихмина. Вот эти ее подлинные опекуны еще в феврале задумались о будущем девушки. Ведь в мае нынешнего года Оксана Бобылева закончит училище. И ей нужно будет вернуться домой. А в каком состоянии сейчас дом Бобылевых? И на что Оксана будет жить? Найдется ли для нее работа в Круглом?
По закону на эти вопросы должны были ответить работники верховского отдела опеки и попечительства. Но наученные горьким опытом педагоги из Ливен решили проверить все сами. В Верховской администрации, куда первым делом заглянули Татьяна Сергеевна и Галина Александровна, их отговаривали от поездки в деревню Круглое. Пугали заносами на дороге. Но оказалось, что добраться до дома Бобылевых не так уж трудно. И дорога расчищена, и дом находится неподалеку от трассы.
- Снаружи этот дом похож на нормальное жилье, - рассказала Г. А. Беликова. – Но что делается внутри! Такое ощущение, что он вот- вот обрушится тебе на голову.
Видимо, за сохранностью дома не следили и не ремонтировали его еще в те времена, когда там жили Бобылевы – старшие. Крыша давно протекала, а чтобы дождь не лился на голову, дырявый потолок латали кусочками ДВП. Сейчас эти заплаты, наполовину оторванные, щетинятся с провисшего потолка. В центре большой комнаты закопченная печь. Мебели минимум. Да и та ветхая. Топлива в сарае нет. Электричество давно отключено за неуплату, даже отрезанные провода окислились.
- Оксана не может жить в таком доме, - говорит Татьяна Сергеевна Ашихмина. - Она вообще не сможет жить одна. На первых порах ей потребуются внимание и помощь взрослого человека.
Но мама Оксаны в колонии, а менеджеры из отдела опеки, по словам учителей ПУ №4, вообще не отвечают на звонки из Ливен. И во время поездки в Верховье с ними тоже не удалось увидеться.
Что касается работы, то у ливенцев сложилось впечатление, что с нею в Круглом тоже имеются большие проблемы.
По закону до двадцати трех лет устройством жизни детей занимаются отделы опеки и попечительства. А районная администрация должна предоставить сироте жилье. Мы позвонили начальнику Верховского Управления народного образования Галине Ивановне Бирюковой (с января нынешнего года менеджеры - попечители подчиняются ей). Вопрос был один: будет ли предоставлено жилье Оксане Бобылевой.
- Откуда мы возьмем ей жилье? – вопросом на вопрос ответила Галина Ивановна. - В нынешнем году в Верховский район возвращаются 22 сироты. У Бобылевой хоть дырявая крыша над головой есть. А у некоторых из них не имеется даже такого дома.
Но она все-таки пообещала поинтересоваться ее проблемами. Попросила перезвонить через час.
И действительно через час все решила.
-Я связалась с главой Галиченской поселенческой администрации, к которой относится деревня Круглое, Антониной Николаевной Деевой, - сообщила Г. И. Бирюкова. – Она уже готовит документы, чтобы поставить Оксану на льготную очередь.
- Но в Круглом ничего не строят! В льготной очереди можно простоять вплоть до пенсии.
- Больше ничего не можем сделать, – отрезала Галина Ивановна.
Хоть возможности у верховчан оказались скромными, зато претензии к ливенцам были большие. Фактически отказав Оксане в жилье, начальник Управления образования сама заговорила о работе. О том, что работы в Круглом для нее не найдется, и что единственным источником существования для девушки могла бы стать пенсия по инвалидности, на которую Оксана имеет право. Но в Крутовском интернате инвалидность не оформили. Не занялись этим оформлением и в Ливенском ПУ. А теперь, дескать, уже позд-но. Все слова журналиста о том, что вообще-то этим оформлением должны были заниматься верховские попечители, отметались с ходу.
- Оксана жила в образовательном учреждении Ливенского района. Вот там и должны были ею заниматься, – заявила Галина Ивановна. - Почему в Русско-Бродской школе-интернате детям с таким же заболеванием оформляют инвалидность, а в Крутовской Ливенского района о Бобылевой никто не позаботился?
И если бы прозвучали только упреки в адрес учителей. Моя собеседница добавила еще кое-что о недисциплинированности Оксаны Бобылевой, ее скверном поведении и не менее скверном характере, о низком умственном развитии девушки. Все эти сведения Галина Ивановна, по ее словам, получила от своих менеджеров по опеке. В подтексте этих речей отчетливо звучало: помогать такому человеку не стоит.
В Ливнах после таких верховских отзывов только руками развели.
- Два года я учу Оксану и вижусь с ней каждый день, - говорит Г. А. Беликова. – И ни разу она мне не нагрубила. Девушка совершенно нормально общается с работниками Ливенского социально-реабилитационного центра, не пропускает занятия, не имеет вредных привычек.
Сейчас Галина Александровна Беликова начала хлопотать о назначении Оксане инвалидности. Но дом она ей отремонтировать не может. А в Верховье этого делать не желают, собираясь отделаться казенной отпиской о «принятых мерах». Такая вот в Верховье опека над несчастными и больными. Недаром от этого «верховского милосердия» в огне пожара гибнут дети.
|
