Более ста ливенцев проводила в иной мир молитвами и чтением Псалтири 89-летняя Анастасия Семеновна Куценкова.
 18.05.2016
 Общество
 0 коммент.
 763 просм.
 Автор: Людмила Владимирова.
 А.С.Куценкова, май, 2016 г. Фото Марины Нестеровой. Традиция читать Псалтирь над гробом умершего благополучно пережила самые свирепые богоборческие времена. И пусть у церкви на Пасху стояли антирелигиозные комсомольские дружины. Но проводить усопшего в последний путь без чтения псалмов — это казалось верхом цинизма и неуважением к покойному. Для многих в обесцерковленной России Псалтирь заменяла панихиду, литию, все остальные церковные обряды. Вот только читать Псалтирь умели лишь единицы.
Анастасия Семеновна Куценкова «читалкой», то есть женщиной, читающей Псалтирь по усопшим, становиться не собиралась. Более того, в юности она не слишком верила в Бога и не торопилась в церковь. Уже после замужества, после рождения детей Настю за руку привела туда свекровь. Дело в том, что молодая женщина стала болеть. Ныли ноги и руки, будто металлическим обручем боль стискивала голову. Видимо, так проявлялись последствия военного отрочества и послевоенной юности.
Влияние на здоровье оказывали и недоедание, и непосильный труд.
— Когда мы вернулись в село Крутое из эвакуации, наш колхоз считался богатым: у нас был один трактор, — вспоминает Анастасия Семеновна. – Так, в Здоровец за машинным маслом для этого трактора послали двух девочек подростков — меня и мою подружку Верку. Дали нам канистру и палку, и марш, марш пешком двадцать километров туда, двадцать километров оттуда.
Назад девчонки несли канистру на продетой через ручку палке.
Одним трактором все поля не обработаешь, копали и лопатами. Для подростков норма была квадрат — пять саженей в длину, пять саженей в ширину.
Выросла, заневестилась, появилась проблема: откуда наряды взять? К счастью, в это время для какой-то стройки на ливенский лесной склад привезли бревна. Лес нужно было сортировать и складывать в штабели по сортам. Весну и лето Настя отработала на штабелевке. Зато осенью!..
— Сапожишки справила, — загибает пальцы Анастасия Семеновна, глядя в прошлое. – Полушалочек цветной, жакетку какую-никакую. Ситчика на платья мне сестра старшая от своих щедрот дала. Она на лесоповале, на Севере работала, там можно было ситцем разжиться в счет оплаты.
И после замужества трудиться приходилось в полную силу: сначала дом строили в Ливнах, потом ребятня пошла, корова, прочее хозяйство. Как тут голове не болеть, а костям не ныть.
Церковное лечение и странные сны
По настоянию свекрови Настя стала простаивать длинные церковные службы. Домой шла, спотыкаясь, валилась на кровать и несколько часов лежала с болью во всем теле. Но потом… потом становилось легче. И в следующий раз она уже сама шла в церковь и переносила болезненное состояние после службы, только бы набраться сил.
— Это бесы меня мучили, — говорит сейчас Анастасия Семеновна,— Они не любят, когда человек в церковь ходит, хотели меня отвадить от веры. Не вышло.
Долго рассказывала о том, как со временем ей становилось все легче стоять в храме, как проходили боли, как стала она отыскивать православную литературу: три самые главные для неё книги: Евангелие, молитвослов и Псалтирь.
Соседи и знакомые были люди простые, к вере и обрядам не особенно приверженные. Видели, что Настя в церковь ходит, что по-старославянски научилась читать. И решили, что она «разбирается». А значит, к ней можно обращаться за советом и помощью в специальных церковных делах. Первой была соседка, Варя Кобина. Её муж Павел скончался далеко от Ливен, в какой- то командировке. Вдове стоило трудов и денег привезти его тело домой. Хоронить надо было срочно, и Варя обратилась к Анастасии Семеновне с просьбой «почитать» задаром.
— Я взялась за чтение только из жалости, — вспоминает Анастасия Семеновна. – Читаю, а у самой душа болит: хорошо ли делаю, примет ли Бог мою молитву, не совершаю ли я греха?
В дополнение к молитвам об усопшем она прибавляла свою молитвенную просьбу, открыть ей, достойно ли она совершает чтение, и будет ли от него польза. И на следующую после похорон ночь ей приснился сон: увезла она от соседского дома здоровенную тачку с грязью. Спрашивает у окружающих людей, куда эту грязь девать, а они только плечами пожимают и отходят.
— Я поняла, что грязь в тачке – это грехи Павла, которые я начала отмаливать, — говорит А.С. Куценкова. – И что надо продолжать это делать. Стала читать Псалтирь все сорок дней после его похорон.
Потом сон повторялся несколько раз. После чтения Псалтири у Кобиных, Анастасию Семеновну стали приглашать почитать в другие дома. И опять и опять в своих снах она вывозила или выносила из этих домов грязь.
Чтение Псалтири – это просьба к Богу о прощении грехов покойника. И если оно совершается правильно и достойно, Бог прощает хотя бы часть совершенного человеком при жизни.
Видения между мирами
Так Анастасия Семеновна стала читалкой. И оказалось, что эта «работа» приносит свои неожиданности и чудеса. Совершающий чтение обращается непосредственно к Богу, все время чтения он стоит на границе двух миров: нашего и загробного. Стоит ли удивляться, что к читалке приходят духовные сущности отчитаных ею людей?
— По всякому бывает, — рассказывает Анастасия Семеновна. – Иногда во сне вижу, иногда наяву.
По её мнению, Бог раскрывает перед нею загробную участь людей. Читала она однажды по старушке, которая, по словам родных, редко бывала в церкви. И мысленно осудила её. А потом увидела её во сне маленькую, как ребенок, но просветленную и довольную.
— Значит, простил её Бог, — сделала вывод читалка. – Были у неё заслуги, о которых я не знала. А я виновата, что осудила.
Другой раз пришлось читать по убиенному мужчине. Он явился перед ней наяву, но не сорокалетним мужиком, а двенадцатилетним мальчиком. Поблагодарил за чтение.
— Значит, я избавила его душу от грехов, — радуется сейчас Анастасия Семеновна.
Она всех, по ком читала Псалтирь, не знает в лицо, но помнит по именам, потому что и сейчас поминает их в своих молитвах. И уверена, что все они помнят её и поминают.
— Однажды я стояла у калитки, а мимо проходят несколько незнакомых мужчин, — рассказывает она. – Повернулись и говорят: «Вот кого нам нужно благодарить». Тут только я поняла, что это были те, по кому я читала.
Отмаливать чужие грехи непросто. По словам Анастасии Семеновны, греховность человека во время чтения чувствуется. Есть покойники, по которым читать «легко». А есть и такие, по которым чтение «не идет», язык заплетается, кафизмы путаются.
— Как-то меня пригласили читать по женщине, которая занималась чернокнижием и колдовством, — вспоминает Анастасия Семеновна. – Читать было страшно тяжело: наваливалась сонливость, у меня почему-то все время падала на пол Псалтирь. А когда я стала молиться о ней во время сорока дней, то почувствовала, что не могу это делать – задыхаюсь.
Так и не выдержала, прочитала две-три кафизмы и бросила. Родным сказала, что тяжело читать, лучше, мол, вы за неё обедни служите.
У Бога все живы
Сейчас Анастасия Семеновна уже не читает по покойникам. Годы не те, тяжело стоять у гроба с Псалтирью. Да и хлопот хватает. Всех своих отчитанных (а их по её подсчетам не менее 100 человек) она поминает во время утренних и вечерних молитв. И уверена, что там, на небесах они её поминают тоже.
— Чем больше мы молимся по усопшим, тем большую милость обретаем в очах Божиих, — убеждена Куценкова.
В церковь 89-летняя читалка ходит часто, а по праздникам обязательно. Видения и удивительные случаи, происходившие с ней, давно убедили женщину, что грань между мирами очень тонкая. Что ж, скорее всего это правда. Мы стараемся не думать о смерти, а она у всех стоит за плечами и никого не минует.
— Не бойтесь смерти, — говорит Анастасия Семеновна Куценкова. – Нет её. У Бога все живы и все работают.
Эту твердую уверенность выработало у старой женщины двадцатилетнее стояние с молитвой у тел умерших.
|
